Александр Галицкий

«В России нет четкого понимания того, что такое инновации. У нас много говорят о НИОКР, а это всего лишь процесс накопления знаний. У России есть культура проведения НИОКР, но нет культуры инноваций»

Почему управляющий партнер венчурного фонда Almaz Capital Partners Александр Галицкий верит в Сколково и как восполнять пробел в российской культуре инноваций? Об этом и многом другом Александр Галицкий рассказывал на Третьем ежегодном инвестиционном форуме бизнес-лидеров «Инновации для бизнеса», который проходил под г.Звеногородом 22-23 июля 2010 года. ОПОРА-КРЕДИТ публикует основные выдержки из его выступления в формате прямой речи.

Биографическая справка:

Александр Галицкий - предприниматель и инвестор, создатель венчурного фонда Almaz Capital Partners, основатель и президент компании «Элвис-Плюс», член Наблюдательного совета мировых технологических лидеров, таких как Parallels и PGP Inc., президент конференции Russian TechTour 2004. Кандидат технических наук, изобретатель (более 30 патентов), основатель ряда успешных компаний и венчурных проектов как в России так и за ее пределами. Один из основоположников российской индустрии информационных и интернет-технологий.

Инновация, как культура

В России нет четкого понимания того, что такое инновации. Даже специалисты стесняются до конца объяснить это слово. У нас много говорят о НИОКР, а это всего лишь процесс накопления знаний. Во многих крупных корпорациях они проводятся с заделом на 10-20 лет, и часто из этого ничего не выходит. Значения термина “инновация” можно объяснить просто и банально: это процесс превращения знаний в деньги, добавленную стоимость. Эта стоимость измеряется чем-то полезным, то, за что люди готовы платить. У России есть культура проведения НИОКР, но нет культуры инноваций. Раньше НИОКР были направлены на то, чтобы доказать, что мы способны выстроить и защитить Советский союз. За последние 20 лет Россия не создала новой культуры, а система НИОКР была разрушена. Все инновационные компании, которые сумели за это время превратить знание в деньги, как правило, не были отпочкованием крупных компаний или институтов. Это была частная инициатива людей, которые увидели, что из чего-то можно сделать деньги.

Никакие налоговые льготы, никакие другие “вещи” не являются основанием создания инновационной экономики. Это доказывает опыт многих государств. Вторая страна по количеству старт-апов после Калифорнии (если считать ее отдельным государством), это Израиль, в котором самые жесткие налоговые льготы, самые невыгодные условия для создания компаний. Следовательно, инновационный климат - это нечто другое. В данном случает это и национальная мотивация, и, самое главное, наличие критической массы условий, в которых люди могут что-то создавать.

Для чего создавалась Runa Capital?

Мы создали Runa Capital потому что увидели несколько проблем в России, которые мы могли бы помочь преодолеть. Во-первых, это проблема инноваторов, предпринимателей, которые могут конверитировать знания в нечто полезное. Во-вторых, это недостаток людей, которые понимают рыночную экономику и то, как она работает. Не секрет, что Microsoft воспитывает своих продакт- менеджеров по 10-15 лет. К сожалению, умениям продакт-менеджера нельзя научить, их можно лишь приобрести на практике. Такой практики в России пока нет. Понимая это, мы решили, что наш личный опыт развития компаний и игры на глобальном рынке может оказаться полезен.

Мы не будем работать исходя из принципа “сделано в России”, потому что на сегодняшний день это чистая утопия, а поставим себе целью принцип “разработано в России”. Потому что самые крупные рынки находятся сейчас за пределами России. В любом высокотехнологичном рынке Россия поглощает 2-3% объема мировых продаж мировых лидеров. Если вы образуете компанию здесь, значит вы нацелены на 3% потенциальных продаж и не видите остальных возможностей. Сейчас самый большой рынок – американский, он забирает 50%, затем идет европейский рынок, очень сложный, так как у каждой страны свои привычки и особенности, это еще 40%, остальные проценты делятся между Азиатскими странами, и совсем немного приходится на Россию.

Сколково восполнит пробел в культуре инноваций

Многие говорят, что Сколково не заработает. На самом деле, оно не заработает в старых условиях. Я всегда был сторонником открытия чего-то нового, расположенного между Долгопрудным и Зеленоградом, где есть два замечательных ВУЗа, и есть промышленная база. Но поработав с местными компаниями, пришел к выводу: для того, чтобы это заработало, нужна другая культура, существующая на другом уровне. В этом плане, создание Сколково выглядит весьма разумно.

У нас в России утеряна одна составляющая, которая касается накопления знания. В советские времена я, будучи главным конструктором, имел бюджет 500 млн, но был обязан тратить 10-15% бюджета на заказы научно-исследовательских работ университетам и академиям наук. Хотя я сильно сопротивлялся, и мне нужны были деньги на другие вещи, но этот принцип имел очень важные последствия. Во-первых, он позволял приходить в университет и давать работу кафедрам, тем самым, определяя, что же нужно как промышленности, отвечающей за определенное направление. Во-вторых, он давал возможность правильного обучения студентов, подготовки к практической деятельности. Они приходили на базовые кафедры, которые размещались на крупных лидирующих предприятиях, получали дополнительную практику, после защиты диплома они были готовы к тому, чтобы сразу включиться в работу. Например, я написал свою первую программу для спутника-шпиона после 1,5 лет работы на предприятии. С этой программы начался рост моей карьеры. Сколково подразумевает воссоздание этой системы.

Сколково нуждается в компаниях-лидерах

Это можно сделать только за счет того, что в Сколково появятся центры, от которых начнутся заказы на исследовательские работы. Кто может стать этими центрами? Назовите мне 5 лидирующих предприятий в 5 приоритетных областях, определенных Медведевым. Можно найти такое в ядерной энергетике, но что касается медицины, телекоммуникаций (не считая сотовых операторов и спутников), то нет ни одного предприятия, вокруг которого можно построить программу НИОКР и запустить ее. Выход только один: привезти иностранных мейджеров. То есть соблазнить компании, которые обладают обширным практическим опытом, и строить свою программу на основе совместных программ с ними. Это уже произошло с Cisco, с которыми был подписан договор на $1 млрд. Такие контракты и позволят построить модернизацию страны в пяти озвученных направлениях.

Комплементарные инкубаторы

Как развивать предпринимательство? Эта модель не заработала пока нигде: были построены технопарки, предприняты попытки построить свободные экономические зоны. В Китае, например, таких зон 43, и среднее количество предприятий на одну зону 1500. У нас в зоне Томской области только “Элекард” и еще 2 резидента, которые зарегистрированы и реально работают. Все остальные - это мифические резиденты, которые зарегистрировались на строительство, на которое у них нет денег. Значит что-то в нашей старой системе не работает.

Надо создавать комплементарные инкубаторы вокруг вертикальных лидеров. Построение цепочки комплементарных инкубаторов позволяет создать ситуацию, когда корневые компании могут поделиться своими знаниями по созданию продуктов и каналами сбыта с другими компаниями. Это эффективно работает в США вокруг таких лидеров, как Microsoft и IBM.

Идея - еще не продукт

Инноваторам важно понять одну вещь: идея сама по себе ничего не стоит. Я оцениваю ее важность в 1-2%. Технологию оцениваю в 5-6%, потому что она создается годами за счет фундаментальных наук, она накапливается как знание, и ее всегда достаточно, всегда можно найти ее где-нибудь, пусть не в России, так в Африке. Создание софтверных программ забирает еще 10%. Все остальное идет на создание продукта из этой программы и на процесс создания бизнеса. Если вы возьмете затраты любого крупного предприятия, то увидите, что 90% расходов приходится на создание каналов продаж, маркетинг, борьбу на рынке. В России пока не достаточно знаний и специалистов в этой области, и до сих пор нет понимая, что на это надо тратиться в первую очередь. Во время разговоров с инноваторами чаще слышишь о том, какие у них замечательные технологии. Но сами технологии не делают денег.

Преимущества Сколково

Почему я верю в этот проект? Во-первых, в Совете Сколково я самый скромный. Большинство после заседания совета улетают на частных самолетах и уезжают на машинах с мигалками, я уезжаю на такси и лечу на рейсовом самолете в эконом-классе. Там собрались солидные товарищи, и Российскому государству перед многими из них будет стыдно, если эта программа не реализуется.

Во-вторых, здесь никто не собирается ждать, пока в Сколково построят физические стены. Все зарубежные товарищи настаивают на создании “виртуального Сколково”. Под виртуальностью подразумевается создание хаба, то есть возможность, что сколковским предприятем может стать компания, находящаяся, например, в Новосибирске. В ответ на то, что они получат множество преференций, они должны будут играть по правилам. Это случится, если депутаты “не зарубят” все законодательные инициативы, которые сейчас продвигаются. Так же надеюсь, что на ближайшем заседании Комиссии по модернизации будут подготовлены изменения в венчурном праве. Потому что сейчас в России работают не венчурные фонды, а эдвайзеры венчурных фондов, которые находятся на Каймановых островах.

Материал подготовила международный обозреватель ОПОРЫ-КРЕДИТ Наталья Прокина